26.09.2022

Ожидаемый дефицит 90 000 моряков, требует наращивания плавсостава из России и Украины

Бюро «Инфотекст» неоднократно публиковало данные, согласно которым Украина является шестой по величине морской державой в мире, с четырьмя процентами от мирового плавсостава, в то время, как Россия занимает второе место, уступая лишь Филиппинам, а вместе русские и украинцы составляют 15 процентов от всей мировой численности гражданских моряков.

Между тем, до сих пор украинские моряки торгового флота в возрасте 18 – 60 лет торгового флота, в частности, работающие на судах Западных компаний, не освобождены от военного призыва и не имеют возможности следовать на суда в море.

Директор по вопросам занятости Международной палаты судоходства Натали Шоу жалуется, что в настоящее время стало сложнее нанимать украинских и российских моряков, и это негативно сказывается на рабочей силе, которая и без того в дефиците из-за COVID.

Особенно не хватает членов экипажей судов командного состава.

«Мы начинаем ощущать огромный дефицит хорошо обученных и опытных моряков, что может негативно сказаться на линиях снабжения, поскольку повышение квалификации не является быстрым решением», — отметила она.

«В настоящее время очень сложно нанять сотрудников любой национальности, что приводит к выпадению значительной части сотрудников из рабочей силы».

Другого мнения придерживается менеджер по политике и коммуникациям Shipping Australia Джим Уилсон, заявивший, что такой проблемы нет, а если бы существовала, то это бы это повлияло бы на австралийскую торговлю, чего пока не происходит.

Уилсон пояснил, что в разгар пандемии COVID девять процентов моряков оставались на борту дольше сроков, предусмотренных контрактами, но недавно этот показатель составил всего 4,5 процента.

Он отметил, что указанные «опасения по поводу повторной эскалации кризиса со сменой экипажа» из-за российско-украинского конфликта не оправдались.

И действительно.

Доказано, что в результате пандемии до 400 000 моряков были вынуждены работать сверх своих контрактов из-за запрета правительств на смену экипажа, и им было отказано в основных правах человека, таких как здравоохранение.

Однако, по мнению министра морских дел и островной политики Греции Янниса Плакиотакиса, к концу десятилетия ожидается потенциальная нехватка 90 000 моряков торгового флота.

Бывший капитан судна Каушал Рохилла, который руководит правозащитной организацией «Якорь моряков», считает, что правильнее обращать внимание на гуманитарные проблемы: многие моряки остаются на судах, которые не сумели покинуть районы конфликта, другие не имеют возможности получить информацию от близких, и многие другие стремятся как-то справиться с последствиями нового постковидного кризиса.

Тем более, что во время пандемии пострадало психическое здоровье многих моряков, «но это никого не волновало».

Более конкретно выражается деятельность регионального директора Mission to Seafarers Australia и PNG Гарри Додда, который отмечает, недавний опыт борьбы с COVID лучше подготовил его организацию к поддержке украинских моряков.

По мнению Гарри Додда, используемые новшества, теперь позволяют капелланам прямо общаться с моряками через Интернет.

Он не отрицает, что украинские и российские моряки часто работают бок о бок, но он не слышал о какой-либо напряженности из-за конфликта.

«Когда ты находишься в замкнутом пространстве с 21 другим человеком … вы — семья», — считает он.

«У меня часто бывают украинские и российские совместные экипажи, и они говорят мне: «Послушай, это не наша вина. Мы не начинали эту драку».

В то же время руководитель миссии отмечает, что беседы, которые он и его сотрудники ведут с украинскими моряками, могут быть мучительными — например, один из них сказал, что они не смогли восстановить связь с семьей после того, как услышали взрыв бомбы и оборвалась линия во время телефонного разговора с родными.

«Слышать, как моряк, украинец, на ломаном английском, плачет от всего сердца, просто говоря о неизвестном, действительно потрясающе», — жалуется Додд.

27-летний украинский моряк Андрей Сериков, получивший бустер COVID в Порт-Кембла в Новом Южном Уэльсе, находился на судне, работавшем на линии — Япония-Соединенные Штаты, когда 24 февраля прогремели первые взрывы.

Он подтверждает, что был застигнут врасплох, когда его отец позвонил с мрачными новостями, после которых атмосфера на борту судна изменилась.

«Это не похоже на стресс — это постоянное ощущение того, что происходит что- то неладное», — делится впечатлениями он.

«Я слежу за новостями каждый день, я разговариваю со своей семьей каждый день, когда это возможно для них».

Андрей Сериков благодарен людям за то, что, когда его судно находилось в порту, многие участливо спрашивали, как дела у их семей, и желали им всего наилучшего, предлагая посильную помощь в случае необходимости.

«Воодушевляет осознание того, что люди во всем мире так хорошо осведомлены о том, что происходит», — подчеркивает он.

«И я хочу сказать вам спасибо за все это».

Проблема, однако, в том, что Андрей Сериков останется на борту в обозримом будущем, потому что, по его словам, для него было лучше продолжать работать и платить налоги, чем возвращаться в Украину, где он был бы вынужден надолго расстаться с морем.

25-летняя украинская морячка Екатерина Воловик также вынужденно держится подальше от своей родины.

Вместо того, чтобы ехать к родным, она проводит три месяца до начала своего следующего контракта, работая неполный рабочий день на верфи в столице Латвии Риге, хотя и беспокоится о своей семье, особенно о своей матери, которую она пытается убедить переехать в Польшу.

«Она уже находится в другом психологическом состоянии», — отмечает Екатерина.

«Поэтому я должен успокоить ее и сказать ей, что мы должны быть оптимистичны, и решение должно быть заключаться в том, чтобы уехать на некоторое время, потому что оставаться там, где она есть – небезопасно».

Для Екатерины, как и для многих украинских моряков нет смысла возвращаться в страну, где они не смогут зарабатывать деньги.

Многие моряки, оказавшиеся в Украине после вторжения России, не смогли найти работу и начали обращаться к правительству с просьбой разрешить им вернуться в море.

Хотя немало и таких, которые предпочитает находиться в Украине, чем где-либо еще, чтобы быть рядом со своей семьей и убедиться, что с ними все в порядке, не говор уже о тех, кто сражается с оружием в руках.

Если же говорить о конструктивной поддержке моряков в целом, то заслуживает всяческого одобрения инициатива Министерства энергетики ОАЭ, непосредственно 25 июня в День моряка, запустившую программу поддержки «Салмин».

ОАЭ принимают наибольшее количество судов, направляющихся в Персидский залив: более 21 000 в год.

По сообщению государственного информационного агентства WAM, в ОАЭ ежегодно обрабатывается более 17 миллионов контейнеров.

“Эти достижения были бы невозможны без самоотверженности тысяч моряков, которые прибывают в воды ОАЭ на судах со всего мира”, — говорится в сообщении.

Среди целей программы — предоставление медицинской помощи, морское образование и обучение для развития профессиональных навыков.

Выявление и устранение физических и социальных препятствий посредством эффективного сотрудничества между государственным и частным секторами также имеют ключевое значение.

Ничего подобного программе «Салмин» мы не наблюдаем ни в России, ни в Украине.

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Яндекс.Метрика