Запад готовит проверку банков стран бывшего СЭВ, в связи с попыткой Путина уйти от санкций

Площадь

«ВТБ не просто банк, но карманный банк Владимира Путина, выполняющий различные задачи Кремля и обязанный обеспечивать финансирование в соответствии с желаниями Кремля”, — заявил Андерс Аслунд, всемирно известный шведский экономист, который в 1990-е годы был советником российского правительства.

Западные эксперты считают, что карманный ВТБ банк Путина пытается обойти санкции через сотрудничество с банком МИБ и далее чрез банки новых Европейских демократий

«Костин и пальцем не пошевелит без одобрения Путина», — считает Аслунд, в настоящее время занимающий пост старшего научного сотрудника Атлантического совета в Вашингтоне и должность адъюнкт-профессор Джорджтаунского Университета.

Высказывания Аслунда приводит Financial Times, озабоченная фигурой Костина, главы ВТБ банка.

Газета озаботилась, собственно деятельностью другого банка — МИБ, бывший банка СЭВ, реанимированном Россией в 2012 году.

В 2015 году Венгрия решила присоединиться к банку МИБ, образовавшего к тому времени консорциум банков, в котором уже были представлены другие восточноевропейские страны.

Венгрия даже предложила перенести штаб-квартиру МИБ в Будапешт.

Однако эта инициатива Виктора Орбана, главы Венгрии вызвала критику Запада.

В ответ правительство правительство Виктора Орбана ответило утверждением, что МИБ является не российским, а Международным банком.
Реальная картина, однако, сложнее.

Лидером МИБ является Россия, которой принадлежит 45,5% акций банка, что делает ее крупнейшим акционером.

При этом прослеживается прямая связь МИБ с ВТБ банком и это собственно служит источником озабоченности партнеров Венгрии по ЕС и НАТО.

ВТБ является вторым по по величине банком России, мажоритарным акционером которого является российское государство. Его председатель Андрей Костин регулярно отчитывается перед президентом России Владимиром Путиным, является давним другом председателя МИБ Николая Косова.
В свою очередь, ВТБ находится в санкционных списках США и Евросоюза, как впрочем и сам Костин, в качестве физического лица.

После распада Советского Союза Костин занимал руководящие должности в различных государственных банках, а в 1996 году стал президентом российского банка развития, Внешэкономбанка.

Позже, он привел своего старого друга Николая Косова, который присоединился к руководству банка в августе 1998 года в качестве первого вице-президента.
Хотя их карьера шла разными путями – Костин стал президентом ВТБ в 2002 году, а Николай Косов остался во Внешэкономбанке еще на несколько лет, — они не теряли связи.

Одним из наиболее очевидных признаков продолжения отношений стало то, что сын Косова, Павел Косов, стал топ-менеджером ВТБ. Среди них были и другие связи: в 2012 году Российская газета «Ведомости» сообщила, что обнаружила связь между женой Николая Косова и швейцарским PR-консультантом, работающим на Костина.

В МИБ не отрицают, что” г-н Косов и г-н Костин действительно были друзьями в течение длительного времени “и » да, они все еще находятся в тесном контакте.

«В банке заявили, что не обсуждают операции МИБ.

«Президент Внешэкономбанка Николай Косов обсуждает эти вопросы с правлением банка и не ищет внешней поддержки”, — отметили в PR службе банка.
В МИБ также подтвердили, что сын Косова “давно работает в ВТБ».

«Его прием на работу произошел в соответствии с внутренними процедурами ВТБ, и ему удалось добиться значительных результатов”, — указывает МИБ. Что касается сообщения “Ведомостей «о связи жены Косова сшвейцарским консультантом, то в МИБ заявили, что» никаких комментариев по поводу этих чисто журналистских спекуляций не будет.”
По разным причинам, но и Николай Косов и Андрей Костин пострадали от скандала с Панамскими документами, разразившегося в 2016 году.

Утечка документов показала, что компании, связанные с Косовым, владеют ценной лондонской недвижимостью (согласно оффшорным записям, которые сейчас рассматриваются Direkt36, Косов был клиентом компаний-поставщиков услуг с 1994 года и имел недвижимость на Пэлл-Мэлл, одной из самых роскошных улиц Лондона.)
Первый ответ МИБ на это состоял в том, что “г-н Косов не владеет никакой из упомянутых лондонских объектов недвижимости и не имеет никакого отношения к упомянутым оффшорным трастам и компаниям.

«Когда мы спросили, имел ли он какое-либо отношение к собственности оффшорных компаний в прошлом, они сказали, что “с момента его назначения председателем правления МИБ г-н Косов не имел никакого отношения к каким-либо упомянутым трастам или оффшорным компаниям.”
Президент ВТБ Андрей Костина также оказался замешанным в скандале с «Панамскими документами».

Утечка данныхс оффшоров показала, что люди, близкие к Владимиру Путину, перевели миллиарды долларов через подставные компании, и, согласно статье Международного консорциума журналистов-расследователей, кипрский банк, поддерживаемый ВТБ, сыграл важную роль в этих сделках.
После скандала, Андрей Костин оказался одним из самых громких защитников Владимира Путина.

В ряде заявлений он заявил, что даже предположение о том, что Путин, возможно, был бенефициаром сделок, выглядит смешным.

«Вы не поймаете Путина с этими вещами. У него нет ни счетов, ни денег”, — сказал Костин в интервью Financial Times, добавив, что было неправильно полагать, что после его отставки Путин появится в Монако, плавая на яхте, стоимостью 200 миллионов долларов.

«На всю жизнь он обречен прожить довольно скромную жизнь, потому что весь мир его знает”, — сказал он.
Слова Андрея Костина имели значительный вес, учитывая, что он считается одним из инсайдеров Кремля.

Костин признал свои тесные отношения с Путиным в интервью, которое он дал американской телепрограмме в 2015 году.

«Вы знаете, в России, когда вы председатель крупнейшего банка, вы посещаете президента и видитесь с ним время от времени”, — сказал Костин.

Он добавил, что знает Путина почти два десятилетия. — Он знает меня очень хорошо, по крайней мере, я знаю его очень хорошо. Но мои отношения ограничены тем, что я делаю, мы не обсуждаем не деловые, общие вопросы.”
Кремль в свою очередь имеет формальное влияние на ВТБ, управляемым Андреем Костиным.

Большая часть банка принадлежит российскому государству, а его наблюдательный совет возглавляет министр финансов Антон Силуанов (он же первый вице-премьер).

В правление входит уроженец Германии Маттиас Варниг, один из близких личных друзей Путина.

Согласно биографическим данным, Варниг был чиновником Штази, восточногерманской секретной службы, и ему было поручено работать с КГБ в Дрездене в то время, когда Путин служил там.

Оба утверждают, однако, что они впервые встретились годы спустя в Санкт-Петербурге, где Путин был городским чиновником, а Варниг управлял местным отделением Dresdner Bank. Их отношения стали особенно близкими после того, как жена Путина попала в автокатастрофу и Dresdner Bank оплатил ее лечение в больнице Германии.

Обеспокоенность Financial Times возможностью Путина уходить от санкций, наложенных на ВТБ банк, через венгерские «двери», вероятно спровоцирует процессы, аналогичные тем, что произошли с «Дойчбанком» и его филиалами, особенно Прибалтийскими.

Банк был обвинен в способствовании отмыванию денег, в том числе российских, азербайджанских и молдавских мафиози.

Поделиться
  •  
  • 1
  •  
  • 1
  •  
  •  
  •  
    2
    Поделились

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.